Хабаровский процесс: японская бактериологическая агрессия против мира

18.08.2021 г.

В декабре 1949 года в Хабаровске состоялся процесс над 12-ю японскими военными преступниками, которые готовились развязать бактериологическую войну с Советским Союзом и его союзниками. Потерпевшие поражение в советско-японской войне военнослужащие Квантунской армии поведали военному трибуналу о фактах боевого применения запрещенных во всём мире бактериологических средств массового поражения.

Уже в 1939 году диверсанты из «отряда №731» – так называлось секретное подразделение японской армии, создававшее бактериологическое оружие - пытались отравить бактериями тифа пограничную реку Аргунь. Бактерии растворяли в специальном растворе и выливали в канистры, которые затем укладывали в ящики и обкладывали сухим льдом. На обычном пассажирском поезде, идущем из Харбина в Хайлар, ящики были доставлены в нужное место, после чего содержимое канистр было вылито в реку. За эту операцию начальник отряда №731 генерал Сиро Исия получил благодарность командующего 6-й японской армией. Тем же способом летом 1942 года была сделана попытка отравить реку Дербул, приток Аргуни.

Также в сентябре 1940 года в районе китайского города Нимбо с самолета было выпущено 5 килограммов блох, зараженных чумой, в результате чего вспыхнула эпидемия, унесшая жизни почти ста человек. В ноябре 1941 года зараженные чумой рисовые зерна были сброшены на город Чандэ. Погибла 11-летняя девочка и еще несколько человек. Летом 1942 года в Центральном Китае группой из полутора сотен сотрудников отряда №731 была произведена бактериологическая атака путем заражения бактериями тифа водоемов и колодцев. В 1945 году внезапные вспышки чумы случились в Ванъемяо и вблизи Хайлара. «В соседнем городке жители от чумных блох чуть ли не в одночасье вымерли», - вспоминал участник штурма Хайларской крепости Иван Петрученко. Всего, по китайским данным, бактериологическому удару были подвернуты 11 городов, в результате чего погибло до 230 тысяч мирных жителей.

Производственные мощности 731-го отряда позволяли ежемесячно изготавливать 300 килограммов бактерий чумы, 500-600 килограммов бактерий сибирской язвы, 800-900 -  брюшного тифа и тонну бактерий холеры. В мае 1945 года санитарная служба 5-й японской армии приказала военнослужащим отлавливать крыс и полевых мышей для последующего их заражения чумными блохами. Только в крепости Хайлар содержалось 13 тысяч пойманных крыс. Всего же генерал Исия собирался произвести 30 миллиардов чумных блох – это почти 9 тонн насекомых! Их хватило бы на десятки тысяч бактериологических бомб. По признанию бывшего служащего отряда №731, в конце войны готовых к употреблению бактерий хранилось столько, что если бы они при идеальных условиях были рассеяны по всему миру, этого хватило бы, чтобы уничтожить все человечество.

Летом 1945 года со стороны японских военных участились факты бактериологических диверсий. В деревне неподалеку от Харбина солдаты раздавали детям пирожки, отравленные чумными бактериями. «Все дети заболели легочной формой чумы, и некоторые уже умерли, - вспоминал один из диверсантов. - Значит, тучи мух и полчища блох уже разнесли чумные бациллы по всей деревне. Когда я вошел в один из домов, перед нами открылась такая страшная картина, что даже я, видавший уже немало на многочисленных опытах и фотоснимках, от ужаса то и дело закрывал глаза. Мне казалось, что среди трупов я узнаю какого-нибудь мальчугана из тех, которые в тот день так беззаботно играли среди нас». Тогда же бактериями тифа были заражены три тысячи булочек, которые в одном из лагерей были выданы китайским военнопленным. Чтобы вызвать эпидемию тифа, их всех распустили по домам.

Еще, по словам Исии, проводились эксперименты по заражению овощей, фруктов, рыбы и мяса. Наиболее пригодными для бактериологической войны оказались овощи, особенно капуста, и фрукты, которые заражались путем впрыскивания, в том числе арбузы и дыни. «После того, как фрукты были заражены тифом, кормили этими фруктами китайцев и маньчжур», - рассказал сотрудник отряда №731.

Приказом штаба Квантунской армии перед отрядом №100, занимающимся бактериологическим террором, была поставлена задача в случае наступления Красной Армии в приграничных районах отравить все реки, водоемы и колодцы, а также лошадей, коров и овец, поскольку предполагалось, что советские войска в качестве трофея заберут весь скот. Сотрудники отряда №100 у местного населения купили 500 овец, по 100 коров и лошадей для последующего их заражения инфекционными бактериями. 20 августа 1945 года при подходе советских частей 60 лошадей были накормлены зараженным сапой овсом и выпущены на волю. Это была последняя бактериологическая диверсия отряда №731. На 22 сентября 1945 года было запланировано применение бактериологического оружия в Южной Калифорнии, где доставленные подводными лодками 15 гидросамолетов должны были распылить над городом Сан-Диего чумных блох, но ввиду капитуляции Японии план не был претворен в жизнь.

«Я считаю, что основной причиной неприменения бактериологического оружия явилось стремительное наступление частей Красной Армии. Поэтому несмотря на то, что Квантунская армия была в состоянии применить бактериологическое оружие, оно применено не было», - осенью 1949 года заявил на допросе начальник оперативно-стратегического отдела Квантунской армии генерал Мацумура.

14 августа 1945 года в Муданьцзяне 120 сотрудникам отряда №731 был роздан цианистый калий. Руководители японской программы бактериологической войны боялись, что создатели оружия массового поражения попадут в плен, и потому приказали им удалиться в горы и покончить жизнь самоубийством. Однако сами убийцы умирать не хотели. Из 120 человек яд принял только один сотрудник.

Японские бактериологические бомбы, начиненные чумными блохами