83 года назад, 18 января 1943 года в ходе операции «Искра» была не только прорвана блокада Ленинграда. Потерпел крах нацистский план уничтожения города, который Гитлер считал центром русской цивилизации, в котором сосредоточен дух славянского народа. Уничтожение Ленинграда, как и Москвы, будет означать «народное бедствие, которое лишит центров не только большевизм, но и русских вообще, - заявил Гитлер 8 июля 1941 года на совещании верховного главнокомандования германских вооруженных сил. – Со взятием Ленинграда для русских может наступить полная катастрофа».
По мнению немецких историков, Ленинград оказывал на Гитлера особое воздействие: «Он считал его не только городом, в котором родилось большевистское правительство СССР, но и воспринимал его как прежний самодержавный Санкт-Петербург, символизировавший русское могущество и притязания на территории в бассейне Балтийского моря». Как записал во время совещания начальник канцелярии национал-социалистической партии М. Борман: «Фюрер хотел бы Ленинград сровнять с землей, а затем передать финнам».
Однако и Финляндия, выразив заинтересованность, чтобы ее новая граница проходила по Неве, отказалась включать Ленинград в свой состав. «Ленинград надо ликвидировать, как крупный город», - 11 сентября 1941 года заявил немецкому посланнику президент Финляндии Рюти. Через 5 дней, 16 сентября в беседе с немецкким послом в Париже Отто Авецем Гитлер вынес окончательное решение: «Ядовитое гнездо Петербург, из которого так долго бьет ключом яд в Балтийское море, должен исчезнуть с лица земли».
21 сентября отдел обороны германского генерального штаба подготовил аналитическую записку для решения «Ленинградской проблемы»: «Герметически блокируем Ленинград и разрушаем город артиллерией. Когда террор и голод сделают свое дело, откроем отдельные ворота и выпустим безоружных людей. Остатки гарнизона останутся там на зиму. Весной мы проникнем в город (если финны сумеют сделать это раньше, то не возражать), вывезем все, что осталось еще живого в глубь России и передадим район севернее Невы Финляндии». 
Руководствуясь этими указаниями, 7 октября начальник оперативного отдела командования вермахта генерал Йодль приказал главнокомандующему сухопутными войсками фельдмаршалу фон Браухичу: «Капитуляция Ленинграда, а позже и Москвы не должна быть принята, даже в том случае, если бы она была предложена противником… Следует ожидать больших опасений от эпидемий. Поэтому ни один немецкий солдат не должен вступить в город. Кто покинет город, должен быть отогнан огнем». Особо Йодль подчеркнул, что «нельзя кормить население русских городов за счет германской родины». 27 октября фон Браухич предложил после того, как «красные войска в районе Ленинграда и Кронштадта сложат оружие и будут взяты в плен», заминировать все пространство перед немецкими позициями, чтобы не дошло до соприкосновения военных с мирным населением, если оно устремится прочь из города: «В этом случае большая часть населения погибнет, но, по крайней мере, не на наших глазах». 13 ноября на совещании начальников штабов трех немецких групп войск присутствующие согласились с тем, что «вопрос об обеспечении питанием больших городов неразрешим. Не подлежит сомнению, что особенно Ленинград должен быть уничтожен голодом, ибо невозможно этот город накормить». А военнопленный 240-го артиллерийского полка 170-й пехотной дивизии Р. Ловиен выразился проще: «Немецкое командование приказало нам истреблять русских людей. Оно убедило нас в том, что в России много людей и их надо истреблять, что если мы не истребим русский народ, то нам не победить, поэтому мы уничтожали мирных жителей – женщин и детей». Это и называется геноцидом.
Победа под Ленинградом стала еще одним доказательством того, что победить Россию не удастся. Ни войной, ни голодом, ни геноцидом.