Николай Яковлевич был призван в армию в декабре 1941 года, обучался в городе Канске Красноярского края, получил назначение в разведроту, на 3-й Украинский фронт. Только начал воевать – и сразу получил ранение в ногу. Но та рана, хоть и сбила с мерного, уверенного шага, остановить его не смогла. - Вышли мы к Волге, - рассказывает ветеран, - и пошли вперед, в астраханские степи. Потом, когда Сталинград окружили, нас бросили под ростов. Вот где-где, а под Ростовом были очень тяжелые бои, нас тогда знатно потрепали. За годы войны Николай Яковлевич пешком прошагал Румынию, прошел по краешку Болгарии, через Югославию (там сражался под Белградом и заслужил награду), Венгрию… Тяжелее всего было, когда наши войска форсировали Дунай. Немцы сопротивлялись изо всех сил, погибших было очень много. Сказывалась и холодная ноябрьская погода. Разведроте приходилось выполнять самые разные задачи, от наблюдения за противником до снабжения советских частей. Николай получил задание доставить продукты и выполнил его. - Вышел на берег, огляделся… кругом вода. Ну, что делать? Разделся, груз свой закинул за спину и поплыл. Ноябрь, вода ледяная, обжигает тело. В любой момент могло свести тело судорогой. Но все-таки доплыл. Вернулся обратно, снова оделся в сухое. Хорошо, что не поплыл в одежде, а то бы замерз насмерть. В Венгрии, 27 ноября 44-го года его ранило второй раз – осколки покалечили правую руку и задели лицо. Четыре месяца пролежал Николай Яковлевич в госпитале в городе Чегет. Воевать после ранения он уже не мог. И был отправлен в конвойную часть, на охрану военнопленных. Пленные были самые разные – немцы, венгры, румыны, поляки… Из всех стран-союзниц гитлеровской Германии и захваченных ею. Сначала Н.Я. Барановский служил в Венгрии, затем в Румынии, в городе Ясы., где в пересылочном лагере содержалось около семи тысяч человек. В марте 1946 года Николая Яковлевич перевели в Кемерово. Через некоторое время часть расформировали и он стал служить в Анжеро-Судженске. Здесь тоже были пленные, но другие – уже не европейцы, а японцы, более 2-х тысяч. Служба закончилась только в 1949 году. Николай Яковлевич после войны работал на шахте, потом, когда здоровье уже не позволяло, возил продукты в 18-ю школу-интернат для глухонемых.