В 1944 году мы были угнаны из под Ленинграда, в то время когда была прорвана блокада. Блокада Ленинграда закончилась 27 января, а нас 15 января выгнали в неизвестном направлении. И так мы шли километров  50 пешком. Немцы отступали, обозы шли по середине дороги со всем оружием, по обе стороны гнали нас ,население с детьми и без ,кого выгнали из окопов. Мы видели, что советские самолеты спускались вниз и пикировали ,и стреляли. Мы кричали : «Не стреляйте!» Стреляли по немцам, но попадали и по нам ,по нашему скоту. С нами была коза, она спасла нас от голода. Ее ранило в рог. Потом нас гнали до Гатчины, там был распределительный пункт. А с Гатчины уже в Германию  через Литву. В Латвии нас немного подкормили. Наша хозяйка очень хорошая была, я вспоминаю её до сих пор .После этого мы попали в концлагерь «Зорлау».Рядом располагался военный аэродром вокруг которого была сеть концлагерей. Этот лагерь находится рядом с  нашей границей и близко к Польше. В это время моя мама уже болела, у неё был рак. А папа был очень старым , рождён 1897. В первые дни блокады родители работали в Ленинграде. Когда началась война он работал в бригаде «ПВХО», дежурил на крыше и гасил зажигалки . В первые месяца отца в армию не брали. А мама после работы рыла окопы. В лагере она уже слегла совсем. В лагере весной наступает эпидемия дизентерии и каждого второго немцы усыпляли, мама попала в это число. Её усыпили 6-го ноября 1944 года, а через полтора месяца у меня умирает папа. В  лагере разделяли семьи и детей. Женщины работали на кухне и были прачками. А 5-го февраля 1945 года наши войска освобождают нас События развивались очень быстро и немцы уже были на территории Германии. Но я не попала сразу на родину, я одна была у матери и отца. Был организован распределительный пункт и всех русских перевели в этот пункт. Позже приезжает генерал-майор Фомин, он был начальником отдела репатриации первого украинского фронта. Он ведал всеми лагерями. Генерал забрал меня к себе домой, ухаживать за его детьми. После он передал информацию моим тетушкам в Борисоглебск , а те потребовали, чтобы я вернулась сюда в город и получила образование. Фомин не хотел отпускать меня долгое время, но позже пришлось возвратиться.