Мой отец Кузнецов Павел Романович в 1937 году окончил с отличием Омское пехотное училище. Служил в Монголии, награждён Орденом Красной Звезды за Халкин Гол, в Великой Отечественной войне награждён «Медалью за отвагу», «Медалью за Победу над Германией». В июне 1942 года отец вступил в бой под Смоленском прямо с эшелона, несколько раз выходил из окружения, попал в плен, бежал. До 1943 года был командиром разведчиков в партизанском отряде, с 1943года воевал в армии Рокоссовского, при взятии Кенигсберга был ранен, Победу встретил в госпитале. То, что он был в плену и на оккупированной территории, решило его дальнейшую судьбу. Из армии демобилизовался, работал инспектором по технике безопасности, а потом зам. начальника охраны на Омской железной дороге. Умер в 1968 в возрасте 54 года. О том, как воевал, рассказывал мне, но я была маленькой и слушала невнимательно. Осознала всё гораздо позднее, из маминых рассказов. Довоенных и военных фотографий его нет. Родители несколько раз теряли всё, что нажили. Перед войной вещи остались в том эшелоне, с которого для отца началась война. А потом, после войны и после демобилизации, при переезде из Москвы в Новосибирск они второй раз потеряли весь багаж. Эта фотография 1949года. На фото видно только Орден Красной Звезды, остальные награды заслонила я. Слава, честь и светлая память всем советским воинам и моему отцу, победившим фашизм.Отцу ко дню Победы

Нас восхищает подвиг ратный во имя Родины святой.

А вот о тех, кто рядом с нами, не знаем ничего порой!

И жизнь родителей нам часто обычной кажется такой,

Совсем не стоящей вниманья, неинтересной и смешной.

Отца рассказы помню смутно, обрывки фраз хочу связать,

Тот путь военный и суровый по этим ниточкам понять.

Как в 25-ть на Халкин Голе он был за подвиг награждён,

И Орден с Красною Звездою ему Калининым вручён.

А под Смоленском с эшелона он в бой солдат своих повёл.

Как выходил из окруженья и снова бить фашистов шёл.

Глаза закрою и представлю отца во вражеском плену,

Потом побег — и к партизанам, а как — я вспомнить не могу.

Как партизанскими тропами ходил он много лет назад, И с регулярными частями пошел Орёл освобождать!

А от Орла до Кенигсберга уже в шинели наступал.

Как ранен был под Кенигсбергом и о Победе услыхал!

Я столько лет его не вижу, я столько лет себя корю,

Свою вину так ясно вижу, а искупить уж не смогу.

Да, время ран таких не лечит, не излечить их никогда.

Давно отца похоронили, ушёл он раз и навсегда.