Из воспоминаний. Он в начале войны дважды оказывался в окружении и дважды выходил. Первый раз вышли группой с замполитом, только  начали обосновываться на новом месте, как появились немецкие танки и солдаты. и вновь они были вынуждены уйти в лес. Долго шли по лесам на восток. С ними старшим был майор особого отдела. Есть было нечего. В лесу собрали каких-то грибов, отварили и поели. Дедушка их не ел, не признавали тогда в наших степных краях это за пищу. В результате все ослепли временно (как потом оказалось). Дедушка из ручья носил воды и отпаивал всех. Больше ничего не было. Тогда он пошел в поиск, вышел на опушку леса и увидел картофельное поле. Вернулся, доложил. Зайцев приказал накопать хоть что-то если есть.Дедушка ушел и начал копать картошку, в это время из деревни под конвоем немцев на поле пришли женщины, тоже подкопать свежей картошки. Дедушка был без оружия и если бы он встал и побежал, то его бы застрелили конвоиры.Он затаился в картошке. Его заметила женщина, подошла к нему, забросала его картофельной ботвой и сказала - лежи, мы скоро уйдём. Так почти до вечера он пролежал, а потом с картошкой вернулся к своим друзьям. Они никуда не ушли, т.к. были полуслепые. Он отварил им картошки, накормил, а на следующий день зрение у них улучшилось. Они опять пошли на Восток. Потом они вышли к своим, был допрос, но дедушку не привлекли за то, что вышел из окружения, зайцев сказал, что он спас всех 14 человек вышедших из окружения с ним. Так что, Оля, если бы не та безвестная женщина, меня бы вообще на свете не было. А я родился 24 апреля 1947 года.  А 24 апреля 1945 года в Германии погиб родной брат нашего дедушки - Куркин Александр Васильевич. В честь его я был назван Александром.

 В начале войны он был танкистом, потом, когда его танк подбили, он едва успел из него выпрыгнуть, как взорвался боекомплект. Потом он отступал вместе в пехотинцами. После выхода из окружения, он попал на аэродром бомбардировщиков. Для этих самолётов требовалась улучшенная взлётная полоса, дедушка работал по обеспечению взлётно-посадочной полосы. При обстреле, он бал ранен осколком в ногу, но остался в части. Дедушка дошёл до рейхстага и, как мне он говорил, расписался на нём.

Он Долгое время без отдыха обеспечивал взлёт  и посадку бомбардировщиков. При этом немецкая артиллерия и авиация наносили удары по аэродрому с целью не допущения взлёта и посадки тяжелых бомбардировщиков.