Боевой путь ветерана
Война моего деда застала в семнадцатилетнем возрасте. Деда направили в Бухару для прохождения ускоренных военных курсов танкиста в Танковом училище. И почти с первых дней боевых действий он стал воевать. Дед вспоминал, что его боевые товарищи-мальчишки, совсем ещё юнцы, забавы ради, не понимая порой, что их окружает опасность, играли с взрывчаткой и минами, которые, случалось так, взрывались не на вражеской стороне, а в руках этих ребят. Молодые солдаты тогда ещё не понимали серьёзности случившихся событий, сам возраст не позволял им это сделать.
Роковой момент случился для деда в тот день, когда он принимал участие в крупнейшем в истории Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. танковом сражении в селе Прохоровка в ходе Курской битвы 12 июля 1943 года. Тогда в ожесточённых боях между наступавшей немецко-фашистской танковой группировкой и наносившей контрудар 5-й гвардейской танковой армией погибло множество солдат. В тот день дед получил многочисленные осколочные ранения и почти был на грани между жизнью и смертью. Раны выли невыносимо. На земле, где он лежал, его окружали уже мёртвые солдаты. Дед то был без сознания, то приходил в себя. Очнулся от того, что услышал русскую речь – это были советские солдаты. Подойдя к деду и поговорив между собой, они решили, что его бесполезно спасать, он вот-вот умрёт, и ушли. Дед окончательно потерял веру в то, что останется жить. Но каким-то чудом, уже после того как утихли бои, к деду подошла женщина, проживающая рядом с местом событий, и увидела, что он живой.
Дед, то ли забыв, то ли не желая вспоминать этот ужасный день, так и не рассказал, как он очутился в её доме. Женщина милосердно вернула его к жизни, а после сообщила советским солдатам, что в её доме находится раненый и его необходимо отправить в госпиталь. Солдаты тут же пришли на помощь и деда перевези в Читинский госпиталь, где он находился длительное время, но всё же окреп и встал на ноги. Однако осколки боеприпасов, нанёсшие удар деду 12 июля 1943 года, оставались в его теле как память о той беспощадной войне до последних дней его жизни.
Ещё в Чите дед стал работать учителем, а после Победы вернулся в родной край и поступил на исторический факультет Пензенского педагогического института. Именно там он знакомится с любовью всей его жизни, с моей бабушкой Александрой Кирилловной.
После окончания института деда послали работать в Вадинскую школу, где он зарекомендовал себя с самой положительной стороны – как честный, порядочный и перспективный специалист. За что удостоен был повышения по карьерной лестнице: он стал директором школы в с. Рахмановка. Но и там дед проработал недолго. Необходимо было поднимать страну с колен, восстанавливать хозяйство, и деда назначили председателем колхоза в с. Тат-Лака Вадинского района Пензенской области.
За время работы в с. Тат-Лака деду удалось из отстающего сделать колхоз таким, который ставили в пример во всей Пензенской области. Действительно, сделано было много. Он был великолепным организатором. Помимо экономических показателей, качественно улучшилась социальная жизнь в селе. Дед способствовал тому, чтобы жители села прежние соломенные крыши домов заменили на новые – шиферные и металлические, а сами дома обили рейкой. При нём появилось электричество, что для людей было настоящим праздником.
Моя крёстная, его дочь, рассказывала, что дедушка полностью отдавался работе. «У него была какая-то чуйка. Если в селе что-то творилось не так, мог в час ночи встать и пойти на разведку. А если найдет вора, никогда не способствовал тому, чтобы того посадить в тюрьму. Деду достаточно было поговорить с оступившимся, и больше подобных выходок не было. И вообще в селе хулиганство и воровство сошли на нет. Честнее и справедливее, чем он, на свете, наверное, больше нет». Когда стали появляться телевизоры, дед до последнего не покупал его. И говорил: «Пока все жители села не купят телевизоры, мы покупать его просто не имеем права».
Мой отец часто вспоминает, что, уже когда дед с семьёй уехал из Вадинска в Пензу, они с ним приезжали в село. Мой отец был удивлён тому, что перед дедом все снимали шапки, настолько народ был ему благодарен за то, что вывел село и его жителей из нищеты.
Переехав в Пензу, дедушка более 15 лет работал директором 8-го училища. После выхода на пенсию он не смог долго сидеть без работы. По просьбе Обкома партии дедушка организовал областной Совет ветеранов.
Его удивительно красивая, на первый взгляд, а зачастую сложная и напряжённая жизнь не оставляла выбора моим родителям, и они назвали меня в честь деда – Герман.
Деда не стало, когда мне было 4 года, но светлая память о нём до сих пор жива в моём сердце. Более того, ещё и достаточно редкое сочетание – Герман Гуляев. Услышав его, совершенно незнакомые мне люди спрашивают: «А не родственник ли Вы тому Гуляеву?». Я с гордостью отвечаю: «Внук!». И каждый из этих людей мне рассказывал что-то доброе о деде: как работали вместе с ним, как учились у него, каким он был преподавателем, руководителем. Это ещё раз подтверждает, что дед мой не зря выжил в тот день, не только для того, чтобы дать жизнь своим дочерям, сыну, внукам. Он оставил после себя большой добрый след тепла, света, радости, оптимизма в сердцах сотен людей. Я безмерно рад, что ношу его имя и живу под его фамилией.
