80-летию Сталинградской битвы

Капов Хамзет Лялуович

Капов Хамзет Лялуович
Дата рождения: 15 февраля 1917
Место рождения: Старо-Кувинска
Дата смерти: 21 октября 1991
Место смерти: Старо-Кувинск

§ 1. Историческая справка. Личность Хамзета Капова. Хамзет Лялуович родился 15 февраля 1915 года в ауле Старо-Кувинск Карачаево-Черкесской республики. До призыва в армию работал кузнецом в колхозе. В 1939-м он был призван на действительную службу, там же и застала его война. Хамзет Капов был одним из тех, кто первым вступил в битву с врагом. С начала Великой Отечественной войны участвовал в боях на Южном фронте у города Николаев (с августа 1941 года), у посёлка Матвеев-Курган (с марта 1942 года). На момент конца 1941 - начала 1942 гг. числился снайпером-автоматчиком 1137-го стрелкового полка 339-й стрелковой дивизии. Эту роту в полку называли интернациональной. Там были русские, евреи, армяне, адыгейцы, украинцы, абазины. Они рядом стояли в окопах, ходили в контратаки, выносили раненых товарищей из-под огня, и в их сплоченности, братстве была главная сила, которая страшила гитлеровцев. § 2. Обстановка на Миус-фронте осенью 1941 -летом 1942 годов. В августе сорок первого года в Ростове-на-Дону формировалась 339-я стрелковая дивизия. Прорыв немецких танковых соединений у Таганрога заставил командующего Северо-Кавказским военным округом генерал-лейтенанта Ф.Н. Ремезова незамедлительно отослать на фронт недоученную и невооруженную дивизию. С 18 по 29 октября 1941 г. дивизия вела бои за Ростов. При отходе к Ростову, её теснили танковые полки немецкого генерала Клейста. Неприятель был закован в броню, а у наших винтовки, несколько пушек, да бутылки с горючей смесью. Силы неравные. Однако пришел приказ остановить гитлеровцев и заставить их отойти на запад. Четыре дня полки дивизии вели тяжелые бои на подступах к городу. Заняв более 20 населенных пунктов, в том числе: Р. Наоветайокап, Кутейниково, Глинки, Волошине, Сердюков и к 29 ноября овладела х. Каменный Брод, Щепкин и селом Б. Салы, перерезала дорогу отхода противнику из Ростова, взяв в боях огромные трофеи. Преследовала отступающего соперника из Ростова до рубежа: х. Колесников, М. Курган, Б. Кирсановка. С выходом на реку Миус с 4 декабря 1941 по 19 января 1942 гг. дивизия перешла в подчинение 56-й армии ведя активную оборону, неоднократно проводила частные оборонительные операции установленного рубежа, силовые разведки батальон-полками. Было построено 263 ДЗОТ, установлено 48 бронеколпаков, 25-СОТ, вырыто 15,5 км. противотанковых рвов, 9 км. экакарпов, 617 стрелковых окопов, 64 км. ходов сообщения, три линии траншей, заминированы подступы к переднему краю и промежутки между второй и третьей траншеями и др. работы. (Приложение 5). Всё это сделано силами личного состава дивизии. За хорошую организацию глубоко эшелонированной обороны многие офицеры и солдаты дивизии были награждены орденами и медалями Советского Союза. После трехдневных боев отошла на исходные рубежи, занимаясь укреплением обороны. Своей активной обороной на реке Миус, дивизия сковывала большие силы противника, нанесла ему большой урон как в живой силе, так и в технике. 3-10 марта 1942 г. дивизия участвовала в «Таганрогской» операции в районе Матвеев-Курган, х. Колесников, с. Ряженое, вела бои за населенные пункты: Кучерово, Демидово, х. Шапошников. Советская армия несла огромные потери. Однажды, только отрыли окопы, а немцы начали танковую атаку. Одна из бронированных машин приостановилась около третьего взвода. Из башни ее, прикрывшись крышкой, высунулся немец: – Рус, сдавайся! Наглость гитлеровца парализовала бойцов. Но тут из ближнего к танку окопа полетела бутылка с горючим. Пламя охватило левый край машины. И тотчас взметнулись руки с бутылками над соседними окопами. Бойцом же, который первым метнул бутылку, был тот самый Хамзет Лялуович Капов. Всю свою горечь за отступление, всю накопившуюся ярость, он выместил на захватчиках. § 3. Подвиги Хамзета Капова на Миусской земле Осенью 1941 г. шли бои в районе Волошина. Красная Армия не занимала определённой позиции, она то храбро наступала, то отходила и держала оборону. Однажды Хамзет Лялуович, сам того не заметив, отбился от дивизии. Оглядываясь, заметил большую надвигающуюся группу фашистов. Начать стрельбу - обречь себя на гибель. Увидев полуразрушенный подвал, Хамзет вбежал в него. Но немцы заметили солдата. Один из них встал над подвалом и пустил короткую автоматную очередь, чего ему показалось мало, поэтому он бросил ещё и гранату. Как только немцы скрылись, Капов целый и невредимый вылез из руин подвала, смахнул с себя пыль и направился к своим. Как выжил? - Там в погребе стояли огромные бочки с соленьями, - рассказывал Хамзет сослуживцам, - за ними не то, что граната – бомба не достала бы… В роте мужественного черкеса любили не только однополчане, но и командиры. Особенно близко он общался с капитаном Анатолием Голузовым. При появлении сложной задачи, среди желающих выполнить её всегда был Капов. Из раза в раз, Голузов провожая его на задание, говорил: «Ты только живым вернись, брат. Это и просьба, и приказ». История со спасением от немцев в подвале не могла не иметь продолжения. В очередной раз, отправившись за «языком», советские солдаты, вместе с Каповым, притаились за кустарником на берегу Миуса, ожидая «жертву». С появлением луны за водой пришел высокий немец. Хамзет не смог разглядеть его лица, но, глядя на рост, приняв его за того самого немца, который бросил гранату, пока Хамзет сидел в подвале за бочками. Только немец наклонился, чтобы зачерпнуть воду, Хамзет, свирепым тигром, набросился на него, скрутил ему руки, уложил и заткнул рот кляпом. Фашист не успел вымолвить и слова. § 4. Невероятно стойкая шелковица. Восточнее села Рясное в довоенное время была каменоломня. Весной - летом 1942 г. в ней заняла оборону рота автоматчиков, которой командовал Анатолий Тимофеевич Голузов. (Приложение 6). В этом месте часто завязывались схватки с противником. Вокруг всё было разворочено, перепахано снарядами и минами. Среди бурого каменного крошева зеленел лишь один небольшой куст, он рос левее окопа солдата Хамзета Капова. По листьям Капов определил: это шелковица (тутовник). Неведомо, каким ветром занесло в карьер ее семечко, и как укоренилось оно среди камней. Но деревце упрямо стремилось к солнцу. - В моём ауле растут такие деревья, - говорил Капов. По ночам Капов отправлялся к ручью, бегущему в балке, которую часто обстреливали. Возвращаясь с котелком воды, поливал одинокий куст. - Без воды ему худо. Растёт-то среди камней, - смущаясь, говорил Хамзет Лялуович. На рассвете, покинув свой окоп, зачастую залегал у шелковицы с винтовкой. В «родной сердцу» роте Капова ценили за снайперское искусство, да и ни одна разведка в полосе полка не проводилась без его участия. Разведчики охотно брали его на поиски «языка». Знали «боец надежный, не оставит в беде». «Сам погибай, а товарища выручай» – этот святой воинский закон, казалось, был в крови воина-горца. Любимой же позицией его был бугорок у куста, так как с него отлично просматривались брустверы фашистских окопов. Более двух десятков гитлеровцев вывел Капов из строя, за что получил благодарность командования полка, был награждён именной снайперской винтовкой. Но однажды около шелковицы разорвалась мина: противник обнаружил позицию снайпера. С этого момента холмик просто засыпали минами. В шелковицу не попадали. Снаряды ложились в центре каменоломни. А тут находился командный пункт, строился дот, хранились боеприпасы. Ни в чём невинный куст будто манил к себе вражеский огонь. Капитан А. Голузов решил убрать ориентир для противника и отдал приказ: «подрезать сапёрной лопаткой шелковицу». Тогда Хамзет Лялуович вспомнил, что такие же деревья растут и в его дворе, в его родном ауле… А на рассвете капитан видит, что куст цел, только чуть меньше стал. Капов, исполнительный Капов, не смог выполнить приказ и уничтожить деревце! - Прости, командир, - виновато проговорил Капов. - Не смог я из-за гадов погубить живое. Может, она еще вырастет, ягодами дети будут лакомиться… В сердцах А.Т. Голузов его отчитал, напомнил, что куст вредит обороне роты. - Теперь не будет вредить, — спокойно ответил Капов, — присмотритесь ... Капитан увидел, что Хамзет согнул деревце и обложил камнями, плитками известняка. Оно находилось, вроде как в нише. Для фашистов теперь шелковица была скрыта, казавшись обычным бугорком, похожим на множество соседних… И по сей день шелковица радует своими сахарными ягодами, а учащиеся Комбайновской школы с. Рясное продолжают хранить традиции прошлого. Ухаживая за «живым памятником», они оставляют будущим поколениям не только частичку себя, но и частицу великого подвига солдат советской армии на Миус-фронте. Дерево снайпера Капова - символ, показывающий, как на войне остаться человеком, ценить свою землю, природу, не жалея при этом своей жизни! (Приложение 7,8). § 5. Новое задание. Злополучная волкова гора. Известен подвиг Капова на ферме у Волковой горы. «…Помню автоматчика черкеса Хамзета Капова. Молчаливый, расчётливый, он одинаково мастерски владел и «ППШ», и снайперской винтовкой. С ней днями просиживал в заброшенном помещении фермы, находившейся между нашими и немецкими позициями. Однажды там его застала очередная вылазка немцев. Он пропустил их мимо, а когда те пустились в атаку, стал бить им в спину. Стрелял без промаха, 19 гитлеровцев упали на снег прежде, чем враг понял, где укрывается русский снайпер. С Волковой горы по ферме ударили миномёты. Они сравняли ферму с землёй. Мы уже попрощались с Хамзетом. Но спустя сутки он приполз в посёлок в изорванном осколками ватнике с окровавленной головой. На него тяжело было смотреть. И я приказал санитару немедленно отправить его в госпиталь. Хамзет взмолился: - Что хотите делайте, не пойду. Винтовка исправна, а рука заживет и здесь, в роте…» - из воспоминаний Анатолия Голузова. (Приложение 9). Во многом благодаря именно данному подвигу у Волковой горы Хамзет Лялуович был награждён именной снайперской винтовкой и медалью «За Отвагу» . (Приложение 2). Из наградного листа Капова: «Красноармеец Капов Х.Л. – наиболее активный снайпер в полку. Каждый день с рассветом он уходит в боевое охранение, выбирает себе замаскированную позицию и метким огнём уничтожает каждого замеченного немца. На его боевом счету 29 уничтоженных немецких фашистов. В боевых операциях товарищ Капов показал образцы самоотверженности и преданности делу партии Ленина-Сталина, находясь всегда в передовых рядах и увлекая своим примером остальных бойцов». § 6. Танк, несущий смерть. Спасение Капова. На встречах со школьниками Капов вспоминал об ещё одном подвиге на Миусской земле - подбитом им танке. Из рассказа о танковой атаке немцев на позиции: «Батальон! Слушай мой приказ! - возникли в памяти голос командира Зайцева и жуткое эхо выстрелов. – Ни один танк не должен пройти здесь! Вы живём или поляжем – отступать некуда!» Около 10 фашистских танков мчались на позиции роты капитана Анатолия Голузова, неся смерть. За несколько секунд в считанных метрах от Капова сквозь густой дым появился вражеский танк. Нисколько не испугавшись, Хамзет встает во весь рост и бросает приготовленную бутылку с горючей смесью на танк. «Ай, не туда попал!» - досадно возмущался солдат и, глядя на горящий с одной стороны, танк, рукой уже нащупывает вторую бутылку. «Погоди, я сейчас тебя уничтожу», - твердил в мыслях Хамзет, но в спешке роняет бутылку… Разлившаяся у его ног жидкость, сразу же воспламеняется. Пока Хамзет тушил загоревшуюся шинель, немецкий танк, будто бы нехотя, остановился. Выскочившие из него фашисты были убиты нашими бойцами. В этот день ни один вражеский танк не уцелел. По окончанию боя Голузов, улыбаясь, говорил Капову: «Ну, ты даешь, парень! Из-за какого-то несчастного танка чуть себя не сжег! Он и так уже горел и никуда бы не делся – чего ты к нему привязался?» § 7. На грани жизни и смерти. Позднее, летом 1942 года, шли тяжелые бои под Ростовом. - Мы окопались на склоне балки, перед нашими позициями появились немецкие танки. Кручу ручку телефонного аппарата, пытаясь дозвониться до артиллеристов. Неожиданно на меня навалился Хамзет Капов, прижал к стенке окопа. В этот момент над нами пронесся «Мессершмидт» и рядом грохнул взрыв. Хамзет сразу обмяк, пальцы разжались. Выгоревшая гимнастерка покрывалась алыми пятнами. Кровь сочилась из ран на шее, плече, голени.» – вспоминал командир роты Анатолий Тимофеевич Голузов. (Приложение 10). Когда Анатолий понял, что Хамзет закрыл его от атаки «Мессершмидта», самолет уже пролетел, а истекающий кровью Капов лежал на нем. «Хамзет, брат! Очнись! Ты меня слышишь?» - с волнением спрашивал капитан. Но Хамзет Капов потерял сознание и не слышал его. Анатолий бросился останавливать мчавшуюся повозку. Повозочный кричал: «Отойди, мне не до тебя. Сейчас нам будет конец!» «Я сейчас устрою тебе конец, кричал на него капитан, вытаскивая пистолет, хочешь один спастись? Если тебе дорога жизнь, сейчас же доставь моего друга в госпиталь! Если с ним что-нибудь случится, тебе не жить…» § 8. Дальнейшая судьба Хамзета Капова. После этого случая фронтовые дороги Капова и Голузова разошлись... Хамзет Лялуович долгое время находился в Бакинском госпитале, раны затягивались тяжело. Спустя несколько операций осколки удалили, но один, предназначавшийся тогда, в июле 1942, его командиру А. Голузову, навсегда остался у сердца снайпера Капова, в память о страшных военных годах. «Наша дружба – русского псковича и абазина из Карачаево-Черкесии – скреплена кровью!» Дело шло к маю 1945 года, Капов вернулся на фронт в разведроту. Выполняя очередное задание был ранен попал в плен. По пути к месту заключения, Капов смог сбежать. Однако, попав к своим, из-за плохого владения русским языком, он не смог объяснить, что с ним случилось, в какой он части служил. Его обвинили в измене Родине и выслали по этапу в Воркуту. Был приговорен к 5-ти годам тюремного заключения. Он отбыл срок с достоинством, честно, как и воевал, и вернулся домой. Выходивший с победой из тяжелых сражений, не утративший достоинства и чести в тюрьмах Сибири, в родном ауле, Старо-Кувинске, Хамзет Капов растерялся. Его измучили мысли, как смотреть в глаза людям с подобным клеймом заключённого? Как объяснить всем, что судили невиновного? Казалась, будто он измазан грязью, и не знал, как от нее очиститься. Проще было бы идти громить врага, но война подошла к концу. Люди радовались долгожданному миру, восхваляя имена героев, ковавших Победу. Своего имени Хамзет не слышал. Тогда, Капов сменил солдатскую гимнастерку на пиджак рабочего человека, стал механизатором в родном колхозе. Чтобы бесплодная и разбитая войной почва давала урожай, необходимо обходиться с ней с особой заботой. Временами, Хамзет Лялуович ночевал в поле, работая с раннего утра до позднего вечера. И он не жаловался. Так ему было легче. Энергии и настойчивости ему было не занимать. На него равнялись, ему подражали все те, кто трудился рядом. А еще он женился, вырастил пятерых детей… (Приложение 11). Летели годы... Хамзет Лялуович доблестным трудом заслужил признание окружающих, но на душе было неспокойно. Но был на свете человек, отчаянно переживавший за Хамзета. В далеком Пскове не находил покоя его боевой командир Анатолий Тимофеевич Голузов. Множество фронтовых дорог пришлось пройти его давнему другу капитану Анатолию Голузову: Кавказ, Курская дуга, Киев, Житомир и др. Но Хамзета Капова никогда не забывал, он прошёл эти дороги вместе с ним, в его сердце... Долгие годы Анатолий Тимофеевич разыскивал своего спасителя. Он слал письма во все концы, а одно даже отправил в газету «Ленинское знамя» КЧАО. «Я слышал, что деревня Большие Салы, куда отвезли раненого Капова, подвергалась бомбежке. Возможно, Хамзет погиб там», - писал Голузов. И однажды в холодный Псков пришла телеграмма, греющая сердце: «Я жив, живу и работаю в Старо-Кувинске. Капов Хамзет». Вот так нашли друг друга русский офицер и абазинский боец-снайпер, которых сплотила война. И только спустя 25 лет долгожданная встреча состоялась. В ходе общения, Хамзет поделился переживаниями с Анатолием Тимофеевичем. Узнав о несправедливости, Анатолий Голузов был очень расстроен, поэтому он принял решение восстановить доброе имя своего боевого товарища. Он взялся за серьезную переписку, начиная с Генерального прокурора СССР. Дело Капова было поднято и пересмотрено сначала. И правда восторжествовала. Хамзета реабилитировали, вернули все боевые награды. Как-то раз Голузов приехал в Старо-Кувинск повидать военного товарища. Ночи напролет они не смыкая глаз, засыпали друг другу вопросами: «А ты помнишь?» в суровых горах Кавказа, они вспоминали фронтовой Матвеев Курган, огненную долину Миуса, Волкову гору, кровавую ряснянскую каменоломню и ту балку… Вволю наговорившись с другом, они стали укладываться спать, Хамзет обмолвился, что в легком он носит тот самый осколок войны: «Перед выпиской из госпиталя меня просветили рентгеном. В легких нашли какой-то белый кружок, предлагали операцию, да я отказался, подумал: и так проживу, рассосется кружок. И вот живу. На здоровье особо не жалуюсь. Только сердце, бывает, побаливает. Вдруг кольнет что-то. Как сейчас». Ранним утром по настоянию Анатолия Тимофеевича, они направились в Адыге-Хабльскую больницу, чтоб сделать рентгеновский снимок. (Приложение 12). Увидев злополучный осколок, Голузов не сдержал эмоций. - Вы понимаете, это мой осколок? - воскликнул Голузов. Он был предназначен мне, а его вот уже 45 лет носит мой брат. Рентгеновский снимок семейство Голузовых хранит, как самую святую, самую дорогую семейную реликвию. В 1986 году Хамзет Капов был награждён Орденом Великой Отечественной войны II степени. Следующим местом встречи была та самая каменоломня под селом Рясное, к которой тянуло товарищей, будто магнитом. (Приложение 13). Она выглядела ровно так же, как и тогда, в далёком 1942 году: бурое крошево камня с осколками мин и снарядов. Но в центре её увидели развесистое дерево. «Неужто, она?» - взволнованно спросил Капов. Позади дерева белели бетонные остатки дота. Сомнений не оставалось: то была она, их фронтовая знакомая - шелковица. По дороге к ним примкнула группа ребят. «Бывают ли на дереве ягоды?» - интересовался снайпер с доброй улыбкой на лице. - Ещё сколько! — ответил мальчишка, - вкусные, сладкие. А вы кто будете? И здесь пришлось признаться. Боевые товарищи рассказали о боях за их родной край и о спасении шелковицы. Все, оказывается, лакомились её ягодами. Но никто не мог подумать, какую историю она имеет. Ребята восхищённо смотрели на Капова, засыпали его вопросами, хотели всё разузнать. Хамзет даже водил их своей опасной тропой к ручью. Рассказывая ребятам о подвигах однополчан, фронтовики не подбирали слов. Сама земля, хранившая стальные осколки, кричала об испытаниях, через которые прошли герои. Шелковица является музеем под открытым небом. «Счастлив мой однополчанин Хамзет Капов: сбылась его мечта видеть детей у спасенного им деревца. Сорок пять лет стоит оно в степи под ростовским селом Рясное. Оно — свидетель нашей фронтовой дружбы. Нас радует, что у него, живого зеленого памятника, есть заботливые юные стражи»- делился А. Голузов. В советское время А. Голузов и Х. Капов вели переписку с учениками Комбайновской школы, приезжали на встречу с ними, рассказывали о событиях войны. Сегодня в школах села Рясного, Старо-Кувинске проходят уроки памяти черкесского снайпера. (Приложение 14).

Фото
Документы